Михаил Вартапетов: «Хотел назвать сына Спартаком»

Михаил Вартапетов: «Хотел назвать сына Спартаком»

Как много в нашей жизни может решить случай. Думал ли я, что встречу руководителя медицинского департамента «Спартака» в одном из московских барбершопов? Михаила Вартапетова я узнал сразу. Он был крайне любезен и уважителен. А какова была его радость, когда из колонок прозвучал трек «Красно-белый» в исполнении рэпера СТ! Оказалось, что он никогда не слышал этой песни, но, по его словам, она ему понравилась. Я не мог не воспользоваться таким шансом и не взять интервью у главного спартаковского врача.

 

— В первую очередь хотелось бы узнать информацию о последних травмированных игроках. Перед зимним перерывом травмировались сразу три основных игрока: Зе Луиш, Комбаров и Таски.

— Никаких проблем с Комбаровым и Зе Луишем не должно случиться по выходу из отпуска. Они, скорее всего, сразу начнут тренироваться в общей группе. С Таски история немного сложнее, потому что у него достаточно сильное повреждение боковой связки коленного сустава. Вопрос стоял 50 на 50, что возможно ему понадобится операция, но все-таки ее удалось избежать. В январе он только приступит к осторожным беговым нагрузкам под нашим контролем. Таски поедет на первый сбор, конечно, но будет продолжать лечение и заниматься индивидуально. 

— С чем связана такая частота травм у Таски? Только в этом сезоне зафиксировано уже 3-4 повреждения. 

— Знаете, если посмотреть его травмы, то системы в них никакой нет. Если бы травмировалась одна и та же анатомическая группа, то можно было бы говорить о закономерностях, но у него травмы самые разнообразные. Если вы помните, когда он переходил в «Спартак» у него был поврежден мениск и требовалась операция, затем были проблемы с ахиллом, сейчас колено. Просто суждено ему травмироваться чаще, чем другим. Последняя травма тоже связана с механическим повреждением, потому что когда рвется связка, пусть даже и частично, это не говорит о том, что какие-то дефекты в тренировочном процессе или недостатки его мышечной системы, в индивидуальной подготовке — это типичный несчастный случай. Повреждение связки — это такой же несчастный случай, как перелом. 

 

 

— Тем не менее, статистика травм за последние годы значительно уменьшилась. Благодаря чему удалось добиться такой положительной тенденции? 

— Пик травматизма у нас приходился на 2011-2012 годы, когда были и крестообразные связки и много мышечных травм. Начиная с 2013 года ситуация стала улучшаться. Вообще с приходом каждого нового тренера отмечается такая закономерность — что-то меняется в тренировочном процессе, вследствие чего происходит небольшое увеличение числа мышечных травм. Футболисты приспосабливаются к специфике и нагрузкам, которые предлагает новый тренерский штаб, затем все встает на свои места. Но здесь есть тонкий момент, когда должны подключаться врачи и физиотерапевты, чтобы взаимодействовать с тренером по физподготовке. В последние сезоны нам это удается. Мы разработали индивидуальный подход к каждому футболисту, проводим профилактику, которая заключается не только в тщательной разминке, но и в индивидуальной работе до и после тренировки. Поэтому совместными усилиями удается снижать эту печальную статистику. Сейчас мы вышли на средний европейский уровень, а по мышечным травмам мы по статистике даже чуть ниже среднеевропейских показателей. Что особо нас радует — это удельный вес мышечных травм— не превышает 30%, а по данным УЕФА — 35%. Еще соотношение травм, полученных в игре и на тренировке: у нас большинство повреждений (70%) получено в играх — там, где футболист перестает контролировать свои действия, физические нагрузки, эмоции. Это говорит о том, что нет системных ошибок в тренировочном процессе, потому что наиболее непредсказуемая ситуация возникает именно в играх. Опять же по всем европейским нормам это соотношение составляет 50 на 50, а у нас получается 70 на 30. Если больше 50% происходит на тренировках, то нужно подавать сигнал тревоги, значит нужно что-то исправлять. 

— Традиционно после зимнего перерыва у «Спартака» происходит сильный спад, но при этом уже который год команда позже всех выходит из отпуска. Может ли это являться причиной неудач?

— На самом деле тех дней, которые отводятся на предсезонную подготовку вполне достаточно. Во-первых, это связано с неучастием в европейских турнирах. Во-вторых, это зона ответственности главного тренера — это исключительно его прерогатива. Каррера посчитал, что отведенного времени достаточно. 

— Одним из ярких моментов в текущем сезоне стало выздоровление Глушакова и Промеса перед матчем с ЦСКА. Уже после игры отмечали великолепную работу медицинского штаба. Расскажите, как вам удалось вылечить основных игроков перед таким важным матчем.

— Мы здорово рисковали. Очень много зависело от мотивации самих игроков. Глушаков и Промес говорили: делайте все, что угодно, но мы обязательно должны сыграть с ЦСКА. В случае с Глушаковым все прошло очень хорошо, а вот Промеса мы выпустили чуть-чуть недолеченного, сейчас уже можно в этом признаться. Впоследствии это сказывалось еще несколько игр, как многие заметили. Тем не менее, это решение принималось совместно с тренерским штабом. Сомнения были, но учитывая статус и важность матча, решили все-таки рискнуть. 

— Медицинский штаб принимает какое-то участие в разработке плана подготовительных сборов?

— Безусловно, тренер по физподготовке и наш ведущий физиотерапевт вообще находятся в ежедневном и постоянном контакте, поэтому в ряде случаев каждый из них обращается с советом друг к другу. Это уже настолько отработанный профессиональный момент тренировочной подготовки, что здесь не возникает никаких противоречий или вопросов. Иногда в течение сезона мы подсказываем и просим в те или иные периоды уменьшить нагрузку, потому что первый, кто чувствует, что футболист перегружен — это массажист или физиотерапевт. В таких ситуациях мы обращаемся к тренерскому штабу с просьбой обратить внимание на то, что риск получение травмы очень высокий, ибо игрок не успевает восстановиться. Вопрос взаимодействия здесь очень важен. Если есть доверие и понимание, то часто это помогает вовремя внести некоторые корректировки в тренировочный процесс. 

— Скажите, вам лично комфортно работать с Массимо Каррерой?

—Прежде всего, хочу сказать, что Каррера профессионал, который выиграл в итальянском футболе всё, что можно. Также, как и самый титулованный российский футболист Дмитрий Анатольевич Аленичев. Для них нет никаких секретов и мелочей в спорте. Огромное удовольствие и счастье работать с такими специалистами. Что касается Карреры, он, например, очень внимательно относится к вопросу правильного питания футболистов. Причем просит следить за питанием не только на базе, но и за ее пределами. 

— Сейчас футболисты находятся в отпуске и могут позволить себе немного расслабиться. Сколько лишнего веса игроки могут привезти на первый сбор? В частности, все опасаются лишнего веса Фернандо.

— Начну с того, что у каждого футболиста есть индивидуальный тренировочный план. Программа очень интенсивная и не позволяет набрать много лишнего. Однако Каррера разрешил вернуться из отпуска с 1,5 лишними килограммами от оптимального веса, который установлен не просто так с потолка, а после измерения жировой массы и вычисления по специальным формулам так называемого идеального или игрового веса. Вот от этого игрового веса допускается плюс 1,5 килограмм. Что касается Фернандо, то опасений никаких нет. Мы уже убедились, как он серьёзно относится к себе и к заданиям тренерского штаба. Даже если произойдет какое-то увеличение в весе, то мы уже знаем, как с этим работать, да и сам бразилец способен достаточно быстро этот вес сбросить. Это можно отнести к определенным генетическим предрасположенностям. Вот Женя Макеев смеется над собой, что сколько бы он ни ел, он никогда не прибавляет в весе. Другим хватит и недельного отпуска, чтобы набрать несколько килограмм. 

— Вы сказали, что главный тренер пристально следит за питанием. Чем футболисты питаются при Каррере?

— В первый час после тренировок игроки должны получить полезные углеводы, содержащиеся в основном в правильном рисе, классическом спагетти, питательных смесях и напитках. Самое главное, чтобы не было излишеств в виде сладостей, жирной и жареной пищи — все, что может повредить тренировочному процессу. Наверное, из всех тренеров, которые были при мне, а это уже седьмой, Каррера больше всех уделяет внимание питанию. Эти требования для нас не являются проблемой. Мы сотрудничаем с Институтом питания и с лабораторией спортивного питания. В планах у нас составить на каждого игрока персональный рацион, которого могли бы придерживаться в любом месте в любое время.  

— В зимнее трансферное окно в «Спартак» перешли Джикия и Селихов. Расскажите, как они прошли медобследование и в какой форме они находятся. 

— Во время медосмотра новички прошли серьезный нагрузочный тест, где определяется уровень их работоспособности. Оба прекрасно прошли физическую проверку и продемонстрировали очень высокие результаты. 

— Какой самый запоминающийся или веселый момент, который произошел с вами в период работы в «Спартаке»? – В этот момент Михаил Вартапетов задумался и решил переадресовать вопрос вдруг появившейся супруге. 

— Знаете, весело получилось бы, если бы у нас родился сын. Потому что он хотел назвать сына Спартаком! — ответила Элен, жена Михаила Гургеновича.  

— Да, это так и было! Но родилась дочь, и назвали ее Марианной. Одну историю могу вспомнить. Сейчас это  представляется забавным, но тогда было не до смеха. В декабре 2008 года я подписал контракт со «Спартаком», а в первых числах января 2009 года попал в аварию — сломал два ребра. Через пару дней надо было ехать на первые сборы с командой. Я поехал, но никому не признался, что у меня сломано два ребра. Подумал, что, наверное, это странно, когда пришел новый доктор и ничего толком не может сделать, ни поднять что-то тяжелое, ни пробежаться, поэтому я всячески делал вид, что у меня ничего не болит. Мне самому было очень смешно, как это получится. Получалось! 

 

 

— Как вы оказались в «Спартаке»?

— Около 19 лет я работал на скорой помощи в Москве. По специальности я реаниматолог, но почти всю свою жизнь совмещал эту профессию в спорте. Работал с разными командами, с альпинистами, с молодежными сборными по водному поло и футболу. Наконец, в 2006 году полностью перешел в спортивную сферу. Начал с футбольного клуба «Химки», где было много спартаковцев. В команде играли Тихонов, Титов, Парфенов, Бесчастных, Мор, Кудряшов, Сабитов, Шоава. Был прекрасный коллектив, посчастливилось поработать с такими тренерами, как Казачёнок, Муслин, Юран. Получилось так, что осенью 2008 г. руководство «Спартака» решило сформировать новый медицинский штаб, куда меня и пригласили. С огромным удовольствием и гордостью согласился, потому что «Спартак» — это клуб, за который я болел всю жизнь.

— В медицинском штабе работает всеми известный китаец Лю. Каков его вклад в восстановление футболистов?

— Лю Хуншен уже работал в клубе до меня. Он является, что называется в классической медицине, врачом-иглорефлексотерапевтом: иголки, различного вида прижигания, специальные массажи. Все это помогает в комплексном восстановлении игроков после травм, в процессе реабилитации. Особенно Лю здорово помогает в период предсезонных сборов, когда монотонная нудная работа футболистов требует большого восстановительного процесса. Это вносит разнообразие и в некоторых случаях позволяет ускорить выздоровление. Вся команда любит его и ценит его работу. 

 

 

Вообще у нас структура очень интересная, но в то же время сложная. В 2013 году решением совета директоров был создан медицинский департамент. До этого ничего подобного не было. Я был врачом команды, а за медицину в целом отвечал Андрей Арнольдович Федун, брат Леонида Арнольдовича. Он полностью переключился на строительство нового стадиона,  а мне поручили руководство вновь созданного медицинского департамента, куда входят все три команды и Академия. Стали работать по утверждённому регламенту. Андрей Арнольдович просил и требовал, чтобы было понятно, кто за что отвечает, где мы лечим футболистов, в каких случаях и куда мы их направляем, как восстанавливаем и т.д. Я считаю, что благодаря этому решению с 2013 года мы сильно прибавили в организационном плане. Самое главное, за что спрашивают, в частности меня, это сроки восстановления. У нас есть специальные нормы по срокам выздоровления при разных видах травм. Это один из главных критериев качества работы. Оценивать деятельность медицинского штаба по количеству травм не совсем правильно, а вот наличие или отсутствие рецидивов и сроки восстановления — это уже те показатели, которые говорят о качестве работы врачей. 

 

Михаил Гургенович мог разговаривать со мной еще долго. Казалось, что он готов вытерпеть все, лишь бы не отказать болельщику красно-белых. Но томительное ожидание супруги, которая следила за нашим разговором с милой улыбкой, заставило меня закончить внезапное интервью. Мы по-доброму попрощались с одной только надеждой, что в конце сезона наш любимый «Спартак» станет чемпионом.

 

Больше материалов и ещё много интересного вы сможете найти здесь — https://vk.com/club_255_crew

Источник: http://www.sports.ru/

Оставить ответ