«Мы две недели питались огурцами, помидорами и теплой водкой». НБА в Советском Союзе

Атланта Кевин Уиллис Док Риверс Александр Волков Сборная СССР Сергей Тараканов НБА Майк Фрателло Спад Уэбб Шарунас Марчюленис Доминик Уилкинс

Оригинал – Джереми Ву, Sports Illustrated

29 лет назад «Атланта» привезла американский баскетбол в СССР.

Майк Фрателло еще не был Царем Телестратора1, когда стоял рядом со своими игроками снаружи безлюдного терминала в грузинском аэропорту. Он не был никаким царем даже в Советском Союзе. Он был лишь главным тренером команды НБА «Атланта Хоукс», причем де факто командой управлял Тед Тернер, который и являлся причиной, почему «Атланта» попала в другую Джорджию2. «Хоукс» только что приземлились в Сухуми вместе со сборной Советского Союза, с которой им предстояло провести двухнедельное баскетбольное турне – такая абстрактная дипломатическая миссия. Несложно было отыскать свои сумки на пустой багажной ленте. Фрателло реквизировал стоявший рядом грузовик, взял с собой пару игроков и отправился на погрузку вещей. Это было совсем не похоже на НБА.

25 июля 1988 года «Хоукс» стали первой командой НБА, которой довелось сыграть на территории Советского союза – первые три матча серии прошли в Тбилиси. Это была «прорывная ситуация», как ее теперь называет Фрателло. По просьбе владельца клуба и медиамагната Теда Тернера и с помощью комиссионера НБА Дэвида Стерна «Ястребы» мигрировали на восток. Целью турне называлось распространение баскетбола и установление мостов между странами на фоне остывания Холодной войны. Горбачевская политика Перестройки и Гласности показывала большой сдвиг в советской идеологии и экономике, что в итоге приведет к развалу СССР.

Советская команда, собравшая лучших игроков из каждой республики, доминировала в международном баскетболе, так что игры обещали стать интересными. Отношения между Горбачевым и Тернером позволили организовать баскетбольную серию, которой было суждено изменить НБА – бесповоротно и к лучшему.

Для приземлившихся игроков эта концепция была в новинку, и мало кто понимал ее значимость. Две команды летели вместе в пухлом Ил-86 из Москвы в Сухуми – как было сказано американцам, в олимпийский тренировочный центр на берегу Черного моря. Им предстояло открыть турне в Тбилиси, затем сыграть еще матч в Вильнюсе, и закончить все в Москве. Чего ожидать кроме этих планов, никто из «Хоукс» и их сопровождающих не знал.

Рейс планировался чартерным – но в итоге игроки летели вместе с гражданскими лицами, а также с животными, зато безо всяких удобств. Из предложенных на борту напитков была лишь вода в общей для всех бадье. Путь из аэропорта на автобусе прерывался перегоном скота, который норовил сделать стоянку прямо посередине узкой грунтовой дороги. Но главное – Сухуми оказался не очень похож на курорт, куда хотелось отправиться. «Единственное, о чем нам не сказали – что тренировочный центр, вероятно, был уже несколько лет заброшен, – говорит Фрателло. – Они просто решили об этом умолчать».

Американская делегация состояла из игроков, персонала команды, журналистов, друзей и членов семей. У некоторых с собой были брошюры, в которых рекламировалось погружение с аквалангом или оборудование для верховой езды. Это сильно забавляло советских игроков. «Я попытался доходчиво объяснить им, в какое место мы направляемся. Они вообще ничего не понимали», – вспоминает Александр Волков, тогда 24-летний форвард сборной СССР. Тренировочный центр едва работал, в нем было однообразное питание, ледяной душ, полчища комаров и практически полное отсутствие удобств, особенно в тропической жаре не хватало кондиционеров. Волкова и его партнеров по сборной это не шокировало, потому что им приходилось тренироваться в самых разных условиях. Советский Союз все еще был военной сверхдержавой, но был далек от современных стандартов быта.

Тбилиси, 1988 г.

«Сейчас я с улыбкой это вспоминаю, но тогда мы две недели в основном питались огурцами, помидорами и теплой водкой», – вспоминает комментатор игр «Хоукс» Стив Холман, которого Фрателло прозвал «историографом путешествия». За трое суток в Сухуми американцы сплотились под звуки рэпа Kool Moe Dee и по-братски делили еду, взятую с собой в поездку более расчетливыми одноклубниками. Электричество и телефонную связь постоянно вырубали. Защитник «Хоукс» Док Риверс и Шарунас Марчюленис (вооруженный гитарой и народными литовскими песнями) помогли задать дружеский тон отношениям между командами. Если забыть о бытовых неудобствах, то американцам было комфортно.

«Это была непонятная для нас ситуация. Хотите – верьте, хотите нет, но мы не понимали, что происходит между США и СССР, – утверждает Фрателло. – Были у нас хорошие отношения? Плохие отношения? В чем правда? Мы не знали. Так что да, было беспокойство по поводу того, во что мы ввязываемся».

«Я вообще не хотел ехать, – признается Кевин Уиллис, пропустивший выезд в Грузию и примкнувший к команде только в Вильнюсе вместе с лидером клуба Домиником Уилкинсом. – Тед Тернер сказал мне: «Блин, да садись уже в самолет!», так что пришлось повиноваться. Но мы просто не понимали, чего ждать». У многих игроков «Хоукс» изначально были сомнения на счет поездки, но чувство юмора их не покинуло. «Если бы в те годы был интернет, я бы ежедневно обновлял блог о том путешествии», – говорит знаменитый автор Sports Illustrated Джек Маккаллум, один из троих журналистов, взятых в турне. Джек с теплотой вспоминает те события: «Это был бы мой лучший материал».

Как и в ситуации с любой группой американских посланников в СССР, в дело была вовлечена скрытая дипломатия. За баскетбольными играми стояли разнообразные мотивы. Тед Тернер организовал Игры доброй воли в Москве в 1986 году как ответ на бойкоты США и СССР Олимипийских игр-1980 и 1984 соответственно. Конечно, Игры доброй воли транслировались на TBS, телеканале Тернера. «У Теда была миссия – подружиться со всеми», – считает Фрателло, комментировавший те Игры, а ныне работающий аналитиком на Turner Sports, где ему и дали прозвище «Царь». Игры доброй воли открыли возможность для проведения McDonald’s Open в 1987 году в Милуоки – это был выставочный турнир с участием «Милуоки Бакс», итальянского «Милана» и советской сборной. Знакомство породило доверие, и взаимовыгодные отношения между Тернером и Горбачевым позволили отправить «Хоукс» через океан.

«То турне все считали шоу-программой Теда Тернера», – заявляет Маккаллум. Комиссионер НБА Дэвид Стерн и директор TBS Боб Васслер (основатель CNN) провели несколько встреч с представителями Госкомспорта. НБА уже планировала вывести своих игроков на международные соревнования, советская сторона готовилась к предстоящей Олимпиаде в Сеуле, и на переговорах затронули и тему телеправ.

«Лига одобрила эту затею, потому что как раз тогда Дэвид Стерн начал думать о глобализации НБА. И одним из первых шагов должно было стать появление в лиге игроков из Восточной Европы», – вспоминает Ким Бохуни, помогавшая с трансляциями того турне на TBS, а ныне работающая вице-президентом НБА по международным вопросам. Бохуни собирала досье на спортсменов на Играх доброй воли и уже была знакома с советскими баскетболистами. «За железным занавесом было множество отличных игроков, и нам хотелось привезти их в НБА».

У тренера сборной Александра Яковлевича Гомельского был отличный набор игроков. Уже много лет советские баскетболисты выезжали в США на матчи против студенческих команд. Лидером сборной СССР был Арвидас Сабонис, всеми признаваемый лучшим центровым мира, не играющим в НБА. Драфтовыми правами на Сабониса владели «Портленд Трэйл Блэйзерс». Главную причину, по которой вместе с «Хоукс» в Советский союз вылетел президент клуба Стэн Кастен, была плохо скрываемой: «Атланта» пыталась рекрутировать Марчюлениса и Волкова, двух молодых советских звезд, которые в итоге и станут одними из первых европейских игроков в НБА.

«Атланта» была лучшей в том, что касалось международного скаутинга. Еще в 1970 году Мануэль Рага (Мексика) и Дино Менегин (Италия) стали первыми иностранцами на драфте НБА, и обоих выбрали «Хоукс». Форварда Александра Волкова они взяли в шестом раунде драфта-1986. Они также мечтали заполучить атлетичного 24-летнего защитника Марчюлениса, но к тому моменту Шарунас без их ведома уже был в тесном контакте с Донни Нельсоном, который вскоре перетащит его в «Голден Стэйт». Ни Волков, ни Марчюленис уже не были секретом для скаутов НБА, знавших, как они любят рваться под кольцо, совсем не избегают борьбы и рушат все бытовавшие тогда стереотипы о европейских баскетболистах.

«Хоукс» также стали первой командой, которая задрафтовала Сабониса – в четвертом раунде драфта-1985, когда Сабасу было 20. Менеджмент клуба думал, что использовал лазейку в правилах. Но офис НБА признал выбор недействительным, поскольку Арвидасу еще не исполнилось 21, и хотя «Атланта» пыталась бороться за то, чтобы сохранить права на него, центровой снова вышел на драфт в следующем году и был выбран уже «Портлендом» в первом раунде. Эта история привела к появлению правила «draft-and-stash», позволяющего клубам сохранить права на выбранных игроков, продолжающих играть в Европе, до подписания контракта в НБА. Для «Атланты» уже было слишком поздно, но правило утвердили. Всегда было понятно, что в СССР не собираются отпускать своих игроков в другие лиги, но это не остановило «Хоукс», которые надеялись, что отношения Теда Тернера с Советским Союзом дадут им преимущество в борьбе за советских спортсменов в эпоху Перестройки.

Тем временем, советские игроки пытались почувствовать свою несбыточную мечту. Советская молодежь, включая Марчюлениса и Волкова, приезжала в 1987 году в расположение «Хоукс», чтобы потренироваться с ними и сыграть за них против полупрофессиональных команд, но мысль о том, что НБА сама приедет на советскую землю, казалась безумной. «Слышали, «Атланта» приедет в Союз? Мы вместе потренируемся и потом сыграем», – вспоминает Волков. – «Ага, щщас. «Атланта» в СССР, ха-ха». Мы смеялись и подтрунивали друг на другом. Но вот время идет, лето все ближе, и мы начинаем понимать… похоже, «Атланта» действительно приедет!».

Александр Волков

«На тот момент Советский Союз все еще был Советским Союзом. С Перестройкой и всем таким – но все равно Советским Союзом, – добавляет Волков. – Мы не могли поверить, что это действительно происходит. Мы были в восторге». Советская сборная уже вовсю ждала Олимпиаду, где в итоге выиграет золото, оглушив в полуфинале команду из лучших американских студентов, включая Дэвида Робинсона. Разговоры о том, что они могли бы играть в НБА, все еще были принятием желаемого за действительное, и многие советские спортсмены не верили, что они вообще могут быть конкурентоспособны в лиге. Американская школа и опыт постоянной игры на высшем уровне давали «Хоукс» психологическое преимущество – то самое, которое тренер сборной Джон Томпсон будет оплакивать после поражения от СССР два месяца спустя.

Да, советских игроков уже несколько раз проверяли на прочность американские баскетболисты, но полноценная команда НБА, только что игравшая в плей-офф на сильном Востоке, – это совсем иной зверь. Игры НБА в Советском Союзе не показывали. Ветеран сборной Сергей Тараканов просил друзей присылать ему записи игр на кассетах. Скаутский отчет на таких данных был хлипковат, но зато это добавляло эмоциональный вес всему турне. «Это как если ты посмотрел фильм, а потом внезапно встречаешься с актером в реальной жизни», – рассказывает Тараканов.

Тогда он еще не догадывался, но сравнения со встречей с актером были не так и далеки от истины. Игроки «Хоукс» (из-за других обязательств и разного уровня заинтересованности в турне) прибыли в СССР двумя партиями. Поэтому массовке, путешествовавшей с командой, иногда приходилось вписываться в заявку клуба, надевать форму и даже порою выходить на площадку. Среди псевдо-«Хоукс» были брат Антуана Карра и сосед Клиффа Левингстона. Советские игроки ожидали от соперника высокомерия, но были тепло встречены. На смену предрассудкам пришла дружба. «Думаю, Марчюленис и Волков в особенности хотели открытости, хотели показать, что мы один мир», – говорит Маккаллум. Несмотря на языковой барьер, игроки двух команд прекрасно общались в одной компании.

«Как-то у нас был выходной, и несколько американцев подошли ко мне и сказали: «Саша, хотим в клуб», – вспоминает Волков. – Я отвечаю: «Окей, думаю вы понимаете, что такое клуб в Сухуми». Волков был уверен, что в округе не найдется никаких ночных клубов, в особенности рядом с тренировочной базой, но все равно обзвонил друзей. «Через пару часов ко мне пришел сотрудник КГБ и сказал: «Саша, давай без глупостей». Я, конечно, притворился дурачком. Он мне поручил ответить американцам, что сейчас проходит религиозный праздник и все уже закрыто». Никто в тот вечер не покинул базу.

После этого команды переехали из тренировочного центра на игру в Тбилиси. Условия были значительно лучше, на тренировки набивалось много болельщиков, мечтавших взглянуть на игроков, а на сам матч 25 июля пришло 10 тысяч человек, увидевших победу «Хоукс» 85:84. Среди зрителей была мать Зазы Пачулии. Доминик Уилкинс не принимал участия в матче: путешествуя в одиночку, он пропустил пересадку в Москве и завис там на 12 часов. Пока команда дожидалась Доминика в Грузии, его одноклубники посетили шахту, спустившись на большую глубину и вернувшись на поверхность с большим облегчением. «Почему то им казалось, что это хороший аттракцион для туристов, – вспоминает Маккаллум. – Я был там с Фрателло, мы опускались в эту шахту, в подъемнике жутко воняло. И Майк говорит: «Мда, спорю, Доминик сейчас жутко разочарован, что пропускает такое».

Затем пришла очередь Вильнюса – помешанной на баскетболе столице Литовской ССР. Уставший от пересадок Уилкинс был в униформе, юный Жидрунас Илгаускас сидел на трибуне, а «Атланта» выиграла 110:105 в овертайме. Хотя «Хоукс» были не в сильнейшем составе, очень устали и находились не в своей тарелке, это была уже вторая упорная игра, так что турне действительно что-то значило. Советские спортсмены славились своей игровой формой и трудолюбием. «Они были очень талантливы, физически сильны, крайне дисциплинированы, никогда не сдавались и шли прямиком на тебя», – дает свою оценку Уиллис.

Кевин Уиллис

Финальной точкой путешествия была Москва. Некоторые игроки «Хоукс» считали, что 2 победы в 3 матчах – это уже победа во всей серии, и это можно было воспринимать как признак неуверенности. В Москве Фрателло пригласил игроков обеих команд на ужин, который он часто готовил для своей команды на выезде, считая себя непревзойденным шеф-поваром итальянской кухни. Ингредиенты для фирменных спагетти Фрателло обеспечила НБА – Дэвид Стерн прислал их в больших количествах. «Все говорили, что мы ужинаем так, словно вечером нас ждет электрический стул», – смеется Холман.

На площадке «Атланта» выглядела апатично, и советская команда победила 132:123. Игру показывали в США на канале Тернера. Волков набрал 35 очков, Марчюленис добавил еще 23, а «Хоукс» играли, по словам Маккаллума, «словно им не терпится вернуться домой». Гомельский в разговоре с Маккаллумом точно подвел итог встречи: «Я спросил его, насколько плохой получилась игра. Гомельский пожал плечами и сказал: «Много бросать, мало попадать». С тех пор я часто использую эту фразу».

Москва, 1988 г.

Все участники турне с теплотой вспоминают те две недели и отмечают длительный эффект от встреч между командами. «Это была великолепная возможность, и мы должны быть благодарны людям, которым хватило смелости поднять занавес, – говорит Марчюленис. – Тогда ни мы, ни они не знали, насколько это помогло открыть двери в НБА для европейцев». Сейчас то турне воспринимается как важный шаг к тому, чтобы советские спортсмены получили возможность играть на Западе. Многие игроки хотели независимости не только для своих республик, но и для себя. Марчюленис: «На Олимпиаде мы вроде как бросили вызов Гомельскому – если мы победим, он помогает нам выехать из Советского Союза. Такие вещи были у нас на уме. Но речь шла не обязательно об игре именно в НБА».

В сентябре советская сборная выиграла золото в Сеуле, и Марчюленису и Волкову позволили уехать в США в 1989 году – первый стал игроком «Уорриорз», второго наконец-то дождались в «Хоукс». Спустя 8 месяцев после олимпийского позора американских студентов НБА разрешила своим игрокам участвовать в международных соревнованиях. Прямой связи между победой СССР и образованием «Дрим-Тим» перед Олимпийскими играми-92 нет – все-таки правила едва не изменили еще в 1986 году. Даже НБА сначала была не в восторге от этой идеи, как рассказывается в книге Маккаллума «Dream Team». Но нельзя отрицать всплеск интереса к баскетболу по всему миру, который вызывало появление американских профессионалов на международной арене.

Сборная СССР на Олимпиаде в Сеуле

Берлинская стена пала в 1989, СССР развалился в 1991, и Литва, Эстония и Латвия участвовали в Играх в Барселоне как независимые команды. Благодаря творческому подходу к финансированию, который включал знаменитую помощь от музыкантов Grateful Dead, Марчюленис, Сабонис и другие литовцы смогли выступать под национальными цветами на Олимпиаде и завоевать бронзовые медали в историческом матче за третье место против «Объединенной команды», собранной из спортсменов других экс-республик СССР. Против литовцев вышли еще недавно игравшие вместе с ними баскетболисты, включая Волкова.

В 1994 году в ЦСКА появились первые американские легионеры. В 1995 Сабонис наконец-то подписал контракт с «Портлендом», пускай уже и ближе к концу его испорченной травмами карьеры. Другие игроки отказывались от возможности уехать на Запад, но двери уже были распахнуты. В последующие годы многие уроженцы бывших советских республик пополнили НБА.

На старте сезона 2016/17 в НБА было 113 иностранных игроков из 41 страны. Большое представительство – у Восточной Европы, и девять человек представляют государства, некогда объединенные в Советский Союз, а 14 – бывшую Югославию. Сборная России стала чемпионом Европы в 2007 году под руководством Дэвида Блатта и ведомая Андреем Кириленко, ныне президентом РФБ. Восходящая звезда НБА Кристапс Порзингис – из Латвии. Литву представляют Йонас Валанчюнас и младший сын Сабониса Домантас3.  То, что когда-то казалось немыслимым, стало возможным для баскетболистов по всему миру.

«Знаете, мы иногда мечтали об НБА, но я не говорил об этом вслух, потому что не хотел выглядеть глупо, – признается Волков. – Из-за ситуации в мире, в Советском Союзе, из-за всего, что происходило… Но внутри себя я верил, что да, шанс существует». В тот момент никто бы не предсказал, что подобный настрой вдохновит целое поколение игроков.

«Я думаю: вот мне сейчас 25. Если у меня не получится сейчас, у меня уже точно не получится потом. Может быть, я и не добьюсь успеха, но лучше я вернусь обратно в Европу, чем буду думать, что у меня была возможность, а я не попытался ей воспользоваться».

Первая половина игры в Москве

Вторая половина игры в Москве

1 – устройство для рисования поверх телевизионной картинки, используемое комментаторами для анализа игровых комбинаций

2 – Georgia по-английски означает как штат Джорджия, где базируются «Хоукс», так и Грузию

3 – автор оригинала забыл про Кузминскаса

Фото: Gettyimages.ru/Rick Stewart/Allsport; РИА Новости/Палладин, Всеволод Тарасевич; Gettyimages.ru/Stephen Dunn/Allsport; РИА Новости/Аудронюс Улозявичюс; Gettyimages.ru/Tim Defrisco; РИА Новости/Б. Елин; Gettyimages.ru/Joe Patronite

Источник: http://www.sports.ru/

Оставить ответ