Вместо сильного тренера – слабый политик. Зачем это Газзаеву?

Евгений Гинер Алания Валерий Газзаев Динамо Киев Динамо Москва премьер-лига Россия Александр Стельмах ЦСКА

Денис Романцов – о Валерии Газзаеве

Валерий Газзаев – самый успешный тренер России двадцать первого века, и вот чему он посвящает шестьдесят четвертый год жизни: протестует против видеоповторов, гонит из нашего футбола иностранных тренеров, предлагает переименовать Кубок России в Кубок президента и призывает расширить РФПЛ до восемнадцати команд. Газзаев постоянно говорит о футболе, но по факту – он давно его покинул, причем по своей же воле.

Впервые он хотел оставить футбол в шестнадцать лет, весной 1971-го, когда его первый тренер Муса Цаликов перевел в дубль осетинского «Спартака» шестерых игроков: Газзаева среди них не было, он обиделся, сдал форму и собрался на агрономический факультет сельхоз-института. Но в дубле все же загорелась вакансия, и Газзаев заиграл там: через пару месяцев он забил и заработал пенальти в матче с ивановским «Текстильщиком». Судья той игры Эдуард Шкловский посоветовал Газзаева тренеру юношеской сборной Евгению Лядину. Сборной предстоял зарубежный турнир, но перед вылетом в Казань с дублем «Спартака» Газзаев сцепился с администратором команды, отказавшись таскать сумки за старшими. На собрании команды стали решать, отпускать ли Газзаева в сборную, а значит – за рубеж. Большинство игроков (в том числе и близкий друг Газзаева Руслан Хадарцев) высказались против. Игрой заслужив прощение, Газзаев все-таки уехал в сборную, но ударил там партнера, обидевшего его земляка, осетинского парня из ростовского интерната, и вернулся домой, пропустив юношеский чемпионат Европы в Испании.

За прогулы Газзаева отчислили из института, он попал в военную часть Грозного, а потом, отслужив год в ростовском СКА, вернулся в «Спартак» Орджоникидзе. Там Газзаев забил за сезон тринадцать мячей (стимулом стала третья модель «жигулей», обещанная тренером Туаевым за десять голов) и оказался в московском «Локомотиве». Оттуда Газзаев трижды убегал, потому что не переносил вечерние тренировки Игоря Волчка, возглавлявшего «Локо», и тосковал по невесте Белле, племяннице тренера осетинского «Спартака» Казбека Туаева. Сам Туаев пытался оставить Газзаева в «Спартаке», но сначала второй тренер «Локомотива» Николай Глебов пригрозил ему компроматом (украденным им списком игроков «Спартака», нелегально получавших прибавку к зарплате), а потом министр путей сообщения Бещев пообещал Северной Осетии эшелон железной руды, и переход все же состоялся.

На третий год в «Локомотиве» Газзаев заслужил вызов в сборную, тренируемую Никитой Симоняном, но в первой же игре, в Тегеране, сломал ключицу. Через несколько месяцев Газзаев перешел в «Динамо» к тренеру Александру Севидову, но перед стартом сезона того уволили. Во время турнира в США Севидов сходил в ресторан с эмигрантом Семеном Кацем, начальник «Динамо» Анатолий Родионов сообщил об этом в КГБ, и, когда поведение подполковника Севидова разбиралось в Москве, за него заступился только один игрок – Валерий Газзаев, крикнувший ветеранам команды: «А вы-то почему молчите?».

«В атаке у нас играл один Газзаев, – говорил мне вратарь того «Динамо» Алексей Прудников. – Другим он передачи не отдавал. Его однажды заменили после игры с «Араратом», так он на эмоциях ушел из команды. Потом против нас играл за «Динамо» Тбилиси. Газзаев признавался, что его нелюбимые игроки – Гена Морозов из «Спартака» и Сережа Силкин, с которым они сталкивались на двусторонке «Динамо». Газзаев крутил, финтил, но Силкин все равно отнимал. Газзаев жутко злился. И вот играем с Тбилиси. Силкин в основе – против Газзаева. Мы 2:0 выиграли. Я знал его манеру – если бежит по флангу, я чувствовал, что он никому не отдаст. Показал, что выдвигаюсь на прострел, а сам вернулся в ворота и отбил его удар. Он подбежал, схватил меня: «Ну пропусти же ты!»

Замену, после которой Газзаев ушел из московского «Динамо», тренер Эдуард Малофеев произвел в конце июня 1985-го. К тому моменту они конфликтовали с Газзаевым почти два года. Началось все в октябре 1983-го: в перерыве матча олимпийской сборной в Афинах Малофеев велел Газзаеву бегать за греческим защитником, а тот взбрыкнул: «Я нападающий – пусть он за мной бегает». Во втором тайме Газзаев был заменен зенитовцем Клементьевым и после матча попросил больше его не вызывать. Так закончилась карьера 29-летнего Газзаева в сборной.

После ухода из московского «Динамо» он полгода не играл в футбол и, закончив заочный юридический институт, планировал устроиться в прокуратуру, но в итоге по приглашению Владимира Гуцаева, знакомого по молодежной сборной, перешел в тбилисское «Динамо» и, чтобы сбросить лишний вес к началу сборов, индивидуально тренировался по два часа в день с серебряным призером двух Олимпиад Леонидом Бартеневым. Через полгода Газзаев вышел на второй тайм кубкового матча с «Ростсельмашем» при счете 0:0, за шесть минут сделал два гола, а вскоре узнал, что по решению тренера Ахалкаци получит только половину от премии (500 рублей), обещанной за победу. В тот же день 31-летний Газзаев покинул Тбилиси и больше не играл в футбол.

«В футболе [у Газзаева] работы не было, – говорил в интервью «Спорт-Экспрессу» Анатолий Коршунов, бывший игрок «Динамо» и «Спартака». – Пришел устраиваться к нам в центр международной торговли. Начальником бассейна. Я обалдел: «Валера, ты что?!» – «Да у меня здесь друзья-чеченцы, они и привели, сказали: «Будешь бассейном командовать» – «Ага, с мылом ходить, полотенцем… Тебе это надо? Чеши отсюда! Возвращайся в футбол!» После этого Газзаев пришел к директору школы «Динамо» Виктору Царева и попросил дать ему младшую группу. Тренерскую карьеру он начал с работы с семилетними футболистами.

Газзаев вернулся в родной город на излете восьмидесятых – главным тренером. Сменив осетинский «Спартак» на московский, Олег Романцев увез с собой Василия Кулькова, а потом и еще одного защитника, Владимира Сочнова, разъехались и многие другие игроки, например, основной вратарь Фурцев, так что Газзаев заново сформировал команду и позвал, в частности, двух игроков «Факела» – вратаря Юрия Перескокова и защитника Константина Сарсанию: «Ребята мы были молодые, горячие. Чтоб не сойти с ума на базе, выезжали на машине в город, где местные помогали нам отвлечься, – рассказывал мне Перескоков. – Газзаев – как хозяин Владикавказа – сразу узнавал о наших ребячествах, злился, но у нас всегда была отмазка: «Мы на поле-то не подводим». С Романцевым «Спартак» Владикавказа финишировал в первой лиге двенадцатым, с Газзаевым – за два года поднялся в высшую лигу. После этого Газзаев возглавил московское «Динамо». Обидевшись, болельщики «Спартака» били стекла его владикавказского дома и оскорбляли во время игры с «Динамо».

Через год «Динамо» должно было стартовать в чемпионате СНГ – турнире 22 команд из России, Азербайджана, Белоруссии, Узбекистана, Таджикистана, Казахстана, Киргизии, Абхазии и Приднестровья, но московские клубы взбунтовались и при поддержке Вячеслава Колоскова созвали конференцию, на которой основали Российский футбольный союз и отмежевались от бывших союзных республик. Тренеры ЦСКА и «Спартака», Садырин и Романцев, выступать на конференции отказались, поэтому заговорил Газзаев, призвавший создать футбольное правительство всеобщего доверия (что выразилось в отказе от объединенного чемпионата СНГ, появлении РФС с президентом Колосковым и ПФЛ с президентом Толстых). Через двадцать лет Газзаев возглавит Оргкомитет объединенного чемпионата России и Украины, созданный в пику РФС и Николаю Толстых.

В чемпионате России-1992 «Динамо» финишировало третьим – ниже предыдущей команды Газзаева, владикавказского «Спартака». В интервью еженедельнику «Футбол» главной своей проблемой Газзаев назвал горячность. «Валера сажал меня рядом и просил хватать его за пиджак, когда он вскакивал со скамейки во время игр, – рассказывал мне тогдашний врач «Динамо» Савелий Мышалов. – После игры в Дании форвард Рыбаков и полузащитник Калитвинцев попили пива и опоздали к отбою. Газзаев хотел оштрафовать их на тысячу долларов каждого. Рыбаков пришел ко мне: «Я только получил квартиру. Нужно мебель покупать, а тут такой штраф». Я предложил Газзаеву: «Валер, прости их. Увидишь, как их это мотивирует». Это помогло, мы выиграли следующий матч как раз благодаря Калитвинцеву с Рыбаковым». Через несколько лет Газзаев пересмотрел свое отношение к штрафам. Защитник московского «Спартака» Рамиз Мамедов рассказывал мне: «Уезжали как-то со сборов, а после нас в этот отель заселялась «Алания». На стене висела таблица штрафов, и мы там с Цымбаларем перед отъездом везде нолики пририсовали. Газзаев заехал, увидел: «Ничего себе штрафы у «Спартака»! У нас такие же будут».

Осенью 1993-го Газзаев объявил об уходе из «Динамо» после проигрыша «Айнтрахту» 0:6, чем шокировал немецкого тренера Клауса Топмеллера. Тот сообщил, что тремя днями ранее проиграл в Кубке «Фрайбургу» 3:5, но и не подумал увольняться. На следующий день Газзаев расхотел уходить. «Когда он подал в отставку, я сказал ему: «Ты что творишь? – продолжает Мышалов. – Ты же играешь на руку [президенту «Динамо»] Толстых, который давно мечтал тебя убрать. Забери заявление». На следующий день Газзаев остыл, готов был остаться, но к игрокам в Новогорск приехал Толстых: «Вот вам бумажки. Напишите, кто за Газзаева и кто против». Тех, кто был против, оказалось на одного больше». После этого Газзаев три месяца почти не выходил из дома и курил в форточку.

В том году Газзаев усиленно учил итальянский. Владелец «Фоджи» Паскуале Казилло хотел видеть его главным тренером вместо Зденека Земана, собравшегося в «Лацио», но Казилло арестовали за связь с мафией, переезд в Италию сорвался, и после месячных переговоров с директором осетинского «Спартака» Батразом Битаровым Газзаев вернулся во Владикавказ. Уже в третьем туре «Спартак» проиграл «Камазу» 0:6. По словам Виктора Панченко, забившего пять голов, Газзаев после игры написал заявление об отставке, но снова передумал и в следующем сезоне выиграл чемпионат России. Правда, дебют в Лиге чемпионов обернулся домашним поражением от «Рейнджерс» 2:7. В программе «Футбольный клуб» Василий Уткин показал сюжет о том матче без комментариев, сопроводив его только гимном владикавказского клуба с рефреном «Гол, гол, гол, «Спартак», «Спартак», «Спартак».

«В середине 90-х, когда чуть ли не на каждом углу в Северной Осетии производили водочную продукцию, дела у республиканского клуба шли просто отлично. Взлет осетинского футбола был предопределен расцветом местной водочной индустрии. Валерию Газзаеву был дан финансовый карт-бланш на приобретение нужных игроков — не стесняясь в расходах, – писал корреспондент «Коммерсанта» во Владикавказе Вадим Тохсыров. – Но вскоре «водочную лавку» прикрыли, алкогольная индустрия была поставлена на легальные рельсы, и в этих условиях выжили далеко не все предприятия».

Гости Владикавказа часто жаловались на несправедливое судейство. Пиком стал июльский скандал 1999 года, когда президент «Ротора» Владимир Горюнов увел команду с поля в середине второго тайма матча с «Аланией». «Анохин первый тайм нормально отсудил, мы выигрывали, – рассказывал мне полузащитник «Ротора» Олег Веретенников. – Выходим с перерыва, собираемся разводить, смотрю: судья другой какой-то. «А где судья-то?» – «А ему плохо стало». Мы так переглянулись – ну все, сегодня нам тут уже ничего не светит. Над нами стали издеваться». Защитник «Ротора» Александр Шмарко добавляет: «При счете 1:1 нам поставили настолько левый пенальти, что мы сразу ушли с поля. Просто непозволительная наглость. Игрок «Алании» взял за шею Андрея Кривова, повалил на себя, а судья, не раздумывая, поставил нам пенальти. Обступили сразу этого судью, даже с лавочки все прибежали, но Горюнов дал команду уходить в раздевалку. Вернуться нас никто не уговаривал. Записали нам 0:3 и выводов никаких не сделали. Только камнями наш автобус закидали – для Владикавказа это нормально было».

В октябре 1999-го Газзаев улетел на свадьбу своего друга, дирижера Валерия Гергиева, пропустив ради этого события игру «Алании» в Элисте (об этом в книге Анатолия Житнухина о Газзаеве рассказал еще один его друг Георгий Хуадонов, в роли талисмана летавший на все гостевые матчи ЦСКА 2003 года). Командой руководили второй тренер Латыш и директор Битаров. «Алания» проиграла 0:3, судья Безубяк еще в первом тайме удалил Битарова со скамейки, а Латыш сказал после игры журналисту Сергею Капустину: «Валерий Георгиевич решает различные командные проблемы, которых у нас накопилось предостаточно. Главного тренера нам, конечно, очень недоставало». На следующий день Битаров уточнил, что Газзаев «неожиданно почувствовал недомогание и по рекомендации врачей в Элисту не полетел. Не забывайте, что летом Газзаев перенес серьезную болезнь».

Перед сезоном-1999 Газзаев бросил курить, продержался восемь месяцев, но прибавил 11 кг, снова закурил и перенес гипертонический криз. Очарованный «Миланом» Альберто Дзаккерони, Газзаев в том сезоне стал играть по схеме с тремя центральными защитниками, ввел в состав группу бразильцев, Джефферсона, Пауло Эмилио и Батисту, но вместо борьбы за чемпионство команда весь сезон переваливалась с шестого на пятое место. «С мая прошлого года мы не получили из бюджета Северной Осетии ни одного рубля, – говорил Газзаев в интервью «СЭ» летом 1999-го. – С одной стороны, это хорошо: клуб становится по-настоящему профессиональным. Но с другой – мы вынуждены продавать лучших футболистов». Интереснее всего продали в ПСВ полузащитника Георгия Гахокидзе. «В киевском «Динамо» мне предложили лучшие условия, чем в ПСВ, но Газзаев строго заявил: игрок моей команды не перейдет в киевское «Динамо», – говорил Гахокидзе в интервью грузинскому сайту World Sport. – Газзаев объяснял это тем, что, когда он хотел привести в «Аланию» Андрея Шевченко, в Киеве с ним даже не стали разговаривать». Сразу после ухода Газзаева в конце 99-го «Алания» продала «Динамо» своего лидера Георгия Деметрадзе, а через десять лет и сам Газзаев стал тренером киевского клуба, в первую же трансферную кампанию вернув из Милана Андрея Шевченко.

«С нападающими в команде беда… Изибор мог бы стать чемпионом, но только по легкой атлетике», – писал Газзаев в своем дневнике зимой 2000-го, когда во второй раз возглавил московское «Динамо». Он пытался сделать то, что ему через несколько лет удалось в ЦСКА: доверился группе молодых игроков, Гусеву, Габулову, Гогниеву, Быстрову, Немову, Гришину, Новикову, Булатову (двое последних – защитники молодежной сборной, рано закончившие из-за травм), но не получил вдобавок несколько звезд (Симутенкова, Тетрадзе и Яновского), и, финишировав пятым, ушел на старте второго сезона – после домашнего поражения от «Локомотива» 1:2. Через три дня Евгений Гинер предложил Газзаеву возглавить ЦСКА.

Еще через месяц Газзаев стал тренером молодежной сборной и на первом же ее сборе занялся формированием состава ЦСКА, куда юридически пришел только через полгода. В интервью «СЭ» Вениамин Мандрыкин вспоминал: «Когда обсуждали мой переход из «Алании», встречались [с Гинером] дважды. Первый раз – в Новогорске. Я там был с молодежкой, которую тренировал Газзаев. Тот уже знал, что со следующего сезона возглавит ЦСКА. Увидев Гинера, поднял большой палец: «Веня, советую прислушаться к Евгению Ленноровичу…» Второй раз общались в армейском клубе». Переход Мандрыкина в ЦСКА случился 6 июля 2001 года. К тому моменту Газзаев провел с молодежной сборной только один сбор – в начале июня. То, что Газзаев готовился возглавить ЦСКА еще когда там работал Павел Садырин, подтвердил мне и полузащитник ЦСКА-2001 Алексей Савельев: «На тренировки Садырин выезжал на коляске. Проходил курс химиотерапии. Было видно, что ему уже очень тяжело. Коллектив раскалывался, тренер болел, результата, естественно, никакого. Доходило до неправильных вещей. Садырин руководил тренировкой – и вдруг Гинер приезжал с Газзаевым, и вдвоем они что-то обсуждали на бровке».

После того же сбора молодежки в ЦСКА перешли Алексей Березуцкий, Спартак Гогниев и Владимир Кузьмичев из киевского «Динамо» (Романа Павлюченко не пустил президент «Ротора»), но комплектованием будущей чемпионской команды Газзаев занимался не только в сборной. В августе 2001-го агент и будущий спортивный директор ЦСКА Виктор Панченко привез в Ватутинки тридцать молодых игроков, которые провели на глазах Гинера и Газзаева два просмотровых матча. По итогам того кастинга Газзаев отказался от тамбовского форварда Дмитрия Сычева, забившего в дальний угол ударом с лета: счел его недостаточно высоким и выбрал другого нападающего, 192-сантиметрового Игоря Пиюка.

В то же время Газзаев здорово тренировал молодежку. Он принял команду на предпоследнем месте в группе и выиграл три первых матча с общим счетом 15:1, а заодно обыграл в гостевом товарняке Францию с Сиссе, Мальбранком и Дальма. Установка на первый выездной матч, с Люксембургом, по словам полузащитника Алана Кусова, звучала так: «Чтоб выйти на первое место в группе, нам нужно выиграть 10:0. Вперед!» При счете 8:0 красную карточку получил центральный защитник Роман Романов, но в оставшиеся пятнадцать минут Измайлов с Петром Быстровым забили по голу. Для выхода на молодежный Евро оставалось обыграть Швейцарию в Раменском, к семнадцатой минуте Россия вела 3:1, но после перерыва пропустила с пенальти второй гол, а в конце игры – третий, из-за того, что Игнашевич неудачно пошел на перехват и срезал мяч. «Ошибся, бывает. У тебя все впереди», – сказал Газзаев Игнашевичу, а потом похвалил его на пресс-конференции. Через шесть лет Газзаев лишит Игнашевича капитанской повязки в ЦСКА за то, что тот спрятал напольные весы, а потом снимет с игры в Грозном за пропуск взвешивания (в итоге ЦСКА пропустит от своего бывшего игрока Кузьмичева, проиграет 0:1 и отдалится от первого места).

Но то 2008-й, а летом 2002-го ЦСКА стал лидером чемпионата, Газзаев же – еще и тренером сборной вместо Романцева. «Можете ли вы дать личную гарантию, что после окончания сезона Валерий Газзаев покинет пост главного тренера ЦСКА и сосредоточится на сборной?» – спросили президента РФС Колоскова на пресс-конференции после назначения Газзаева. – «Да, могу. Об этом мы твердо договорились и с президентом армейского клуба Евгением Гинером, и с самим Газзаевым».

В конце сезона Газзаев сохранил оба поста.

С ЦСКА он драматично проиграл «Локомотиву» в золотом матче и «Парме» в Кубке УЕФА (после той игры Газзаев не только выжал в раздевалке два апельсина, но и, швыряя бутылки, нечаянно попал в Шембераса), а в сборной, наоборот, стартовал слишком круто: 8:3 в двух первых матчах. Второй из этих матчей – с Албанией – прошел в моем родном Волгограде. О, что это был за день! Ради матча молодежных сборных, pre-party главной игры, я впервые прогулял пару в университете, страшно из-за этого переволновался (все-таки это было самое начало первого курса), а потом увидел на трибуне стадиона «Трактор» своего преподавателя по древнерусской литературе Сергея Баранова, который, как выяснилось, отменил лекцию ради того, чтобы два часа стоять под дождем в ожидании победного гола Олега Трифонова на 88-й минуте. Я так промок, что перед игрой первых сборных мне пришлось полностью переодеться и надеть старый пуховик, который был уже прилично мал, зато вечером я увидел элегантно закрытую огромным флагом России снесенную трибуну Центрального стадиона (его начинали рушить в расчете на Евро-2008), живого Льва Лещенко, исполнившего гимн, и дерзкую молодую команду с Игнашевичем в защите, Соломатиным на левом фланге, Кержаковым в атаке и Семаком в роли фантазисты, медиапунты и, пожалуй, треквартисты. Это было так свежо и зажигательно, что Газзаеву можно было простить еще одно забытое обещание. Колосков, наверно, так и подумал, а через десять месяцев сменил Газзаева в конференц-зале стадиона «Локомотив» после поражения от Израиля и сообщил журналистам: «В раздевалке Газзаев сказал: «С таким отношением к делу я с вами, ребята, работать не буду». Считается, что Газзаев объявил об отставке сразу после матча, но на самом деле он договорился с Колосковым перенести обсуждение на утро.

«Когда Вячеслав Иванович вышел к журналистам, я уже ехал домой, – вспоминал Газзаев в книге «Путь воина». – Телефон отключил – не до него мне было. Просто вместе со мной в машине находился Саша Стельмах, и ему на мобильный позвонил один уважаемый мною корреспондент, который и пересказал мне выступление президента РФС. На вопрос «Если завтра Газзаев подаст в отставку, вы ее примете?» Колосков ответил: «Да». Ну, у меня кровь и забурлила. Включил свой телефон, набрал Колоскова – а он не отвечает. Через какое-то время перезванивает: «Валерий Георгиевич, ну мы с вами завтра встречаемся?» – «А зачем мы с вами будем завтра встречаться?! Вы же уже все сказали! Нам с вами не по пути. Ищите нового тренера! И говорить нам с вами больше не о чем». Бросил трубку… Если бы Вячеслав Иванович тогда повел себя иначе, не исключаю, я и остался бы».

После чемпионства с ЦСКА Газзаев потерял пост и в клубе, и впервые за пятнадцать лет тренерской карьеры аж на полгода остался без работы. Отдохнув, он не просто выиграл еврокубок и еще два чемпионства, но и сконструировал фундамент – Акинфеев – Березуцкие – Игнашевич – Дзагоев, – на котором ЦСКА семь лет держался при Слуцком, а сегодня, спустя девять лет после ухода Газзаева, побеждает в Лиге чемпионов при Гончаренко.

Вспыльчивость, конфликтный характер, дерзость его чемпионств 1995 и 2003 годов, последующие провалы в ЛЧ и шокирующие поражения сборной при участии Евсикова, Мандрыкина и 20-летнего Березуцкого (не важно, какого именно – тогда их не различали), так вот все это окутало Газзаева негативной аурой, которая рассеялась только после победы в Лиссабоне. Да и то ненадолго. Через пятнадцать месяцев ЦСКА спокойно обыгрывал в квалификации Лиги чемпионов «Ружомберок», но после гола Карвальо – общий счет стал 4:0 – фанаты забросали поле петардами и файерами и унялись, только когда на трибуну поднялся Евгений Гинер (не вмешаться было нельзя – ЦСКА мотал испытательный срок за петарду в игре с «Пармой», которая чуть не лишила клуб финала Кубка УЕФА). Газзаев не поднимался – воздействовал вербально. Учитывая, что судья повел игроков в раздевалки и ЦСКА светило техническое поражение, гневное обращение Газзаева к фанатам понятно, но проблема в том, что оно попало в прямой эфир общедоступного канала «Спорт» и настроило против тренера гораздо больше болельщиков, чем умещалось на гостевом секторе маленького словацкого стадиона. В следующей игре, в Ярославле, фанаты ЦСКА посвятили тренеру баннер: «Сам ты п*****с».

Через полтора года Газзаев настроил против себя и многих лидеров команды, закатив игрокам каторжную предсезонку после неудачного сезона-2007 (третье место). Сняло напряжение только летнее объявление о том, что Газзаев покинет ЦСКА в конце 2008-го. В книге Алексея Зинина Газзаев вспоминает: «У меня произошла очень большая неприятность дома. Я переживал за своих близких, буквально выгорал изнутри. Футбол отошел на задний план, игра опять засбоила, результаты оставляли желать лучшего – я был выхолощен и не мог отыскать в своем организме новые скрытые резервы. В результате после первого круга в разговоре с Евгением Гинером я высказал желание уйти в отставку». Очень большая неприятность дома – это, очевидно, непредумышленное убийство гражданина Молдавии Георгия Мораря, случившееся в Подмосковье 7 июня 2008-го из-за того, что младший сын Газзаева Аслан и двое его приятелей поочередно стреляли по банкам из карабина «Сайга». В середине сентября 2008 года дело приостановили из-за невозможности определить конкретного виновника трагедии.

Осенью 2008-го ЦСКА победил во всех шести матчах Кубка УЕФА, и Газзаев передумал уходить. «Если бы Евгений Леннорович по окончании сезона предложил продолжить работу, я бы согласился. Но мы оба люди гордые. Привыкли держать слово. Когда настал момент, мы, памятуя о наших договоренностях, пожали друг другу руки и расстались друзьями», – признался Газзаев в книге «Путь воина».

Он собирался в «Шахтер» вместо Луческу, у которого заканчивался контракт, но тот взял Кубок УЕФА и остался в Донецке. Проигравший ему в полуфинале Юрий Семин покинул киевское «Динамо» ради «Локомотива» и уступил место Газзаеву. В Киеве Газзаев вытащил из дубля опорного полузащитника Хачериди и нападающего Ярмоленко, превратил первого в центрального защитника, а второго – в левого вингера, и прошел двадцать два тура без поражений, разгромив «Шахтер» 3:0, но в конце чемпионата свалился на второе место, проиграл «Аяксу» в квалификации ЛЧ и после поражения от «Шерифа» в Лиге Европы ушел в отставку.

Всего за полтора года в Киеве Газзаев подготовил для сборной Украины трех игроков, Ярмоленко, Хачериди и Гармаша, но с тех пор не работал тренером (если не считать нескольких месяцев в «Алании»). В средние клубы не хотел, а в большой, то есть богатый, за прошедшие годы звали только раз. Летом 2012-го Газзаев согласился возглавить московское «Динамо» после увольнения Силкина, но в финальном раунде переговоров не сошелся характерами с председателем совета директоров Василием Титовым. Тот видел тренером Дана Петреску, а Газзаев – в книге «Путь воина» – об общении с Титовым отозвался так: «Человек полагал, если он разбирается в бизнесе и финансах, то в «примитивном» футболе он точно будет специалистом. После первых же минут общения мне сразу стало понятно, что мы со «специалистом» совершенно по-разному смотрим и на клуб, и на футбол в целом». 

Газзаев остался «советником председателя совета директоров» «Алании», которая при нем за три года вышла в Лигу Европы как финалист Кубка России (на пути к финалу команда не забила ни одного мяча – три победы по пенальти после 0:0 и техническая победа в четвертьфинале над расформированным «Сатурном»), а также поднялась в премьер-лигу, вылетела и обанкротилась. «Газзаев сам из Владикавказа, любит этот город, он очень переживал за команду, – рассказывал мне полузащитник «Алании»-2013 Ренан Брессан. – Он старался найти деньги для клуба, но если и он, у которого даже с президентом хорошие отношения, не смог ничего сделать, значит ситуация была настолько тяжелая, что команду нельзя было спасти. Настал момент, когда перестали платить не только зарплату, но и премиальные – и так пять месяцев. Я пытался говорить с руководством: «Рассчитайтесь с долгами и разорвем контракт». Мне отвечали: «Ну, нет у нас денег. Совсем нет. Ноль». – «Тогда я напишу в ФИФА, что вы пять месяцев не платите».

В декабре мой агент связался с директором «Алании» Стельмахом: «Мы отзовем письмо из ФИФА, если заплатите». Стельмах согласился, потому что у них вроде как появились деньги. Мы подписали бумагу, что до 1 февраля 2014 года «Алания» со мной рассчитается. Но 5 февраля они объявили о банкротстве. Ни я, ни другие бразильцы так ничего и не получили. Газзаев обиделся на меня за то, что я написал в ФИФА, и мы больше никогда не встречались. Но чего тут обижаться – мы пять месяцев не получали ни копейки, нам было очень тяжело. Говорили, что «Алания» подписала контракт с «РусГидро», а те решили отказаться от обязательств и не давать деньги из-за того, что мы не выигрывали».

В октябре 2014 года директора «Алании» Александра Стельмаха заподозрили в растрате бюджетных средств. В феврале 2016-го уголовное дело прекратили после показаний Газзаева, заявившего следствию, что деньги из бюджета тратились по решению наблюдательного совета, и у Стельмаха не было корыстного умысла. 23 мая прошлого года уголовное дело возобновили, а через месяц Валерий Газзаев был выдвинут кандидатом в Госдуму от партии «Справедливая Россия».

Депутат Газзаев был не абстрактно успешным тренером. Он был успешным тренером в разные эпохи. Если Олег Романцев потерялся после девяностых и не смог работать в условиях, когда большинство игроков не говорит по-русски, а те, что говорят, не бьются за ромбик, то Газзаев доказал, что умеет эффективно управлять и бразильскими, и восточноевропейскими звездами, и местными игроками абсолютно разной ментальности – от Анатолия Канищева до Алана Дзагоева. Газзаев не застаивался, каждую карьерную паузу использовал для зарубежных стажировок (он ездил в итальянские клубы и начинающим тренером в 93-м, и двухкратным чемпионом – в 2003-м) и творчески развивался, совершенствуя и тренировки, и тактику: от 3-5-2 с Ярошиком и Поповым к 3-5-2 с Карвальо и Вагнером, а от них – к 4-4-2 с Дзагоевым.

Газзаев закончил тренировать в 56 лет – Марчелло Липпи было 58, когда он выиграл чемпионат мира. Сейчас Газзаеву 63 – Луису Арагонесу было 70, когда он выиграл Евро-2008. Но вместо того, чтобы заниматься тем, что получалось у него лучше всех в России, Газзаев стал непоследовательным и неразборчивым политиком. Вступил летом 2011-го в правоцентристстскую партию «Правое дело» Прохорова, через пять лет – в левоцентристскую «Справедливую Россию», раскритиковал лимит, поддержал, потом опять раскритиковал, а единственную попытку обратиться перед всей страной к Путину и поднять реально важную тему потратил на бессмысленный вопрос о сборной на чемпионате мира.

Потеряв сильного тренера – в стране, где почти нет сильных тренеров, – мы получили слабого политика – в стране, где нет никакой политики. Таких тренеров, как Газзаев, у нас сейчас почти и не осталось, их от силы два-три, а таких политиков – в одной Госдуме 450 человек. Я готов поверить, что в последние годы Газзаев искренне хотел как лучше, ввязываясь в авантюру с Объединенным чемпионатом и фехтуя с Мутко на выборах президента РФС, но в реальности он сделал нашему футболу только хуже. Потому что не тренировал.

Алексей Березуцкий стал легендой

Фото: REUTERS/Artyom Korotayev; РИА Новости/Александр Макаров (2,3), Владимир Родионов; REUTERS/Gleb Garanich, Nacho Doce, Miguel Vidal, Sergei Karpukhin, Pool

Источник: http://www.sports.ru/

Оставить ответ